Национальное мировидение в лирике пермских народов второй половины XX века

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Литературоведение
Страниц:
171
Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

В течение семи десятилетий в нашей стране складывалась многонациональная советская литература с общими тенденциями развития и в то же время — национально-специфическими особенностями в освещении различных сторон действительности, решении насущных проблем и образном их воплощении. Уже в 1930-е годы в отечественном литературоведении началось сравнительно-типологическое изучение национальных литератур. В 1960−70-е годы на страницах центральной и I местной периодической печати остро прошли дискуссии по проблемам национального и интернационального в различных областях культуры и искусства страны (А. Агаев, Ю. Караваев, И. Грекул и др.). Опубликованы монографии Г. И. Ломидзе, М. Н. Пархоменко, Ч. Г. Гусейнова, Л. Г. Якименко, Ф. К. Ермакова, К. К. Васина и др., посвященные данной насущной проблеме и отдельным национальным литературам в аспекте их взаимодействия между собой. Были выделены три принципа типологического анализа: географический, языковой, эстетический.

На основе географического и эстетического принципов как отдельная общность стала изучаться литература народов Поволжья и Приуралья, что положило начало сравнительному литературоведению в нашем регионе. Резкое изменение политической, экономической и культурной ситуации в стране с середины 80-х годов своеобразно проявилось в новых этнических механизмах мировосприятия и художественного мышления.

В исследованиях региональных ученых (Г. В. Беляев, В. М. Ванюшев,

B. В. Пахорукова, Г. И. Федоров, В. Г. Родионов, Л. П. Федорова,

C. Т. Арекеева и др.) получили развитие традиции сравнительного литературоведения. Актуальным вопросом сегодня стало изучение словесного творчества пермских народов во взаимосвязи. Это обусловливается не только территориальной близостью проживания народов и типологической общностью развития их литератур, особенно начиная со второй половины XIX в. (что берется за основу литературного региона Урало-Поволжья), но и этно-языковым родством удмуртов, коми-зырян и. коми-пермяков. Мировидение поэтов часто выражается не просто с помощью похожих картин реального мира, но через одинаково или чуть измененных формах звучащих единиц лексики. Считается, что в удмуртском и коми языках обнаруживается более 80% однокоренных слов. Не случайно в лингвистике основательно сложилось такое направление, как пермистика. Одинаковое звучание словообразов в лирике пермских народов дополнительно сближает их литературу через такую категорию, как фоника.

Однако, удмуртская, коми-зырянская и коми-пермяцкая литературы до настоящего времени не рассматривались как межлитературная общность. Впервые вопрос об изучении их в едином контексте поставили Г. В. Беляев и В. М. Ванюшев. Объективной основой такого контекста являются территория, язык и культурные традиции, т. е. три обозначенные выше принципа: географический, язьнсовой, эстетический.

Общность историко-этнической территории данных народов способствовала формированию общего • культурного, политического, экономического и социального ареала, в силу чего круг проблем в их литературах имеет близкие корни. Этим можно объяснить актуальность исследования удмуртской, коми-зырянской и коми-пермяцкой литератур как трансляторов этнического своеобразия, национального мировидения на современном этапе, в эпоху этнической мобилизации, роста интереса к своему историко-культурному наследию. В этой связи совершенно справедливо утверждение чувашского специалиста в определении подходов к изучению межлитературной общности Урало-Поволжья Г. И. Федорова: «<. > национальные словесные культуры не заполняют приготовленные кем-то эстетические ниши, они вырабатывают определенные традиции в соответствии с внутренними потребностями& raquo- [Федоров 1997: 3].

Настоящая диссертация основана на материале лирики пермских народов второй половины XX века, так как именно лирика наиболее быстро и остро на чувственном уровне отзывается на все изменения, которые происходят в обществе.

Цель данного исследования заключается в выявлении общего и особенного в национальном мировидении пермских народов, выраженных в лирике второй половины XX века.

Для достижения поставленной цели определены следующие задачи:

1) рассмотрение поэтического текста как особой формы выражения национального мировидения-

2) изучение семантики сквозных образов в удмуртской, коми-зырянской и коми-пермяцкой лирике рассматриваемого периода-

3) осмысление общего, национально-идентифицированного и индивидуального в мировидении пермских народов.

Рабочая гипотеза предполагает, что выявленная в ходе исследования логика развития национального мировидения в лирике пермских народов второй половины XX века не только обнаружит типологически сходные средства выражения- его, но и позволит нам сделать вывод о наличии межлитературной общности, основанной географическим, языковым и эстетическим контекстом и не исключающей творческую индивидуальность художников слова и особенностей отображения миропорядка в каждой из национальных литератур.

Теоретической и методологической основой диссертационной работы являются труды зарубежных ученых М. Элиаде, П. Домокоша, П. Рикера и др.- отечественных литературоведов и культурологов В. М. Жирмунского, Б. В. Томашевского, Л. Я. Гинзбург, Г. Н. Поспелова, Ч. Г. Гусейнова, Б. О. Кормана, Г. Д. Гачева, М. Н. Эпштейна, А. Ф. Кофмана, Ю. И. Левина, Г. Н. Скляревской, Л. В. Чернец, А. Б. Есина, Д. М. Поцепни, У. Б. Долгат, К. К. Султанова и др., внесших значительный вклад в выработку принципов и методов изучения художественного текста- специалистов по изучению региональной литературы Урало-Поволжья 3. А. Богомоловой, В. М. Ванюшева, Ф. К. Ермакова, А. А. Ермолаева,

В. Н. Демина, В. И. Мартынова, Г. В. Беляева, В. В. Пахоруковой, Н. А. Мальцевой, А. Г. Шкляева, В. Г. Родионова, В. Л. Шибанова,

B. Г. Пантелеевой и др.

Методологически диссертационное исследование основывается на принципе сравнительно-типологического изучения литературы, способствующем выявлению общего и особенного в национальном мировидении удмуртских, коми-зырянских и коми-пермяцких поэтов второй половины XX века.

Объектом анализа является лирика пермских народов второй половины XX века. В диссертации рассматривается творчество поэтов: удмуртских (С. Широбокова, Ф. Васильева, В. Романова, М. Федотова,

C. Матвеева), коми-зырянских (Г. Юшкова, А. Ванеева, Е. Козлова, А. Лужикова, Г. Бутыревой, А. Ельцовой), коми-пермяцких (С. Караваева, И. Минина, Ф. Истомина, Г. Бачевой, Л. Никитина). Региональным фоном нашего исследования является чувашский, марийский и мордовский поэтический контекст. Подстрочно-смысловой перевод текстов с удмуртского на русский язык осуществлен автором диссертационного исследования, с коми-пермяцкого на русский язык — В. Федосеевой, перевод с коми-зырянского на русский язык — Н. Гориновой и А. Рассыхаевым. Иногда, если идейно-эмоциональный смысл не искажен, используются художественные переводы на русский язык. В таких случаях указывается автор перевода.

Предмет исследования — национальное мировидение в удмуртской, коми-зырянской и коми-пермяцкой лирике второй половины XX в.

Научная новизна диссертационной работы заключается в том, что она являет собой первый опыт исследования удмуртской, коми-зырянской и коми-пермяцкой литератур в их общности. Поэтическая система авторов рассматривается сквозь призму этнонационального контекста. Впервые анализируется семантика сквозных образов родины, дома, дороги и леса во взаимосвязи с национальным мировидением каждого из народов.

Прослеживается эволюция их национального мировидения в лирике на протяжении полувека. Привлекаются поэтические тексты, еще не вводимые в научный оборот. Выявляется идиостиль и способы выражения национального мировидения ведущих поэтов, общее и особенное в их поэтике, в путях развития литератур исследуемого времени.

Теоретическая значимость исследования обусловлена актуальностью применения принципов типологического анализа на материале пермской литературной общности в новом контексте литератур народов Урала и Поволжья. Подходы, осуществленные в анализе удмуртской, коми-зырянской и коми-пермяцкой лирики, могут способствовать выбору верных направлений в дальнейшем исследовании особенностей национального мировидения в творчестве других авторов пермской литературной общности, а также изучению межлитературной общности Урало-Поволжья.

Практическое значение исследования состоит в том, что основные его теоретические выводы, раскрывая общее и особенное в развитии лирики пермских народов во второй половине XX века, помогут дальнейшему изучению особенностей поэтического творчества каждого из рассмотренных поэтов. Результаты исследования, полученные на основе сравнительно-типологического анализа, могут найти применение в вузовском преподавании на лекционных и практических занятиях по истории удмуртской литературы, истории литератур народов России, истории литератур финно-угорских народов- при подготовке вузовских программ, учебников и учебно-методических пособий, а также школьных элективных курсов, способствующих формированию поликулыурного мышления и финно-угорской идентичности учащихся.

Апробация работы. Диссертационная работа обсуждена и рекомендована к защите на заседании отдела исследования культурного наследия Удмуртского института истории, языка и литературы УрО РАН. Основные ее положения изложены автором на Международных, Российских и Региональных научно-практических конференциях. Опубликованы в сборниках материалов конференций, научно-методическом журнале & laquo-Вордскем кыл& raquo- (Родное слово, г. Ижевск), литературно-художественном и публицистическом журнале & laquo-Италмас»- (г. Ижевск), литературно-художественном сборнике & laquo-Иньва»- (г. Кудымкар). По теме диссертации велись лекционные и практические занятия на курсах повышения квалификации учителей удмуртского языка и литературы в Институте повышения квалификации и переподготовки работников образования Удмуртской Республики, в филиале Глазовского государственного педагогического института им. В. Г. Короленко (г. Ижевск).

Структурно-композиционно исследование состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы, включающего 202 наименования.

Заключение

Вторая половина XX века — многоаспектный, разнообразный, многоликий период в истории развития литературы пермских народов. Несмотря на противоречивые процессы, происходящие в обществе (глобализация, стремление создать супернацию советский народ в ущерб этносам страны, размывание этнического начала- потеря родного языка), удмурты, коми-зыряне и коми-пермяки не растворились в большом мире. Через художественное слово они познакомили другие народы с особенностями своего мировидения, менталитета (признание значимости этносоциального окружения, миролюбие и согласие как внутри этноса, так и в отношениях с внешним миром, в том числе с природой, стремление к сохранении. Этнического и регионального идентитета), традиций, самобытностью этнокультурного наследия. Завершая исследование, подытожим наши поиски, остановимся на его основных положениях. г

1. Поэтический текст, обладая познавательной, оценочной, воспитательной, эстетической функциями и функцией самовыражения,

•4. открывает человечеству особенности национального мировидения, быта, взаимоотношений с окружающей действительностью, этический и эстетический идеал удмуртов, коми-зырян и коми-пермяков. Выявлению и изучению этих особенностей во многом способствуют так называемые сквозные образы (мотивы), создающие интертекстуальное поле и объединяющие художников слова различных эпох, народов и стран.

2. В лирике пермских народов одним из способов выражения национального мировидения является прием метафоризации значений слов. Национальное мировидение представлено через метафоры-сравнения, метафоры-загадки и метафоры, принципом которых является перенос на сравниваемый предмет признаков и свойств того предмета, с чем данный предмет сравнивается (по теории Ю. И. Левина). Среди видов метафоризации значений слов удмуртские, коми-зырянские и коми-пермяцкие авторы предпочтение отдают олицетворению как одному из самых древних тропов и неотъемлемой части мифологического мышления человека. Данное предпочтение объясняется тем обстоятельством, что пермские народы в течение продолжительного времени не выделяли себя из окружающей массы вещей, обожествляли явления природы и наделяли их признаками живого существа.

3. Для поэзии пермских народов 1950—1980-х гг. характерен приподнятый, мажорный эмоциональный тон. Лирического героя переполняют ощущение бесконечного счастья, легкости, чувство гордости за родной край, язык, народ, радость за обновляющийся вокруг мир. Начиная с конца 1980-х гг. мажорный эмоциональный тон меняется на трагичный. Для лирического героя характерно ощущение конечности, катастрофы, разрушения национального мира, пессимизм. Современные удмуртские, коми и коми-пермяцкие поэты выражают мышление и переживания современника, его душевный надлом и дисгармонию.

4. Понятие & laquo-родина»- в поэзии пермских народов второй половины XX века имеет емкое содержание. Для него характерны полисемантичность, многослойность и многосотавность. Образ родины выстраивается из трех по минимуму концентрических кругов — родная деревня, родной край, страна. На его смысловое содержание влияют процессы, происходящие в обществе и литературе. С. Широбоков, А. Ванеев, С. Караваев и И. Минин в изображении родины приоритет отдают большой. Обязательным атрибутом его является Москва, имеющая функцию центра. В пространстве родины этническое, национально-самобытное представлено минимально. Оно наполнено социалистическим содержанием и атрибутикой. Родина связана с мифологемой & laquo-светлого пути& raquo-. Поэтому национальный мир отличается стабильностью, вечностью. В отличие от удмуртской и коми-зырянской лирики, коми-пермяки С. Караваев и И. Минин в своем творчестве актуализируют великую стройку, человека активного, творящего историю, преобразователя Вселенной. С такой художественной картиной мира они не одиноки. Как отмечают исследователи, это характерно, например, и для чувашского поэта В. Эндипа.

Родная деревня для удмуртских, коми-зырянских и коми-пермяцких авторов является энергетическим центром, приобретает характер идиллии, Святого места, счастливого локуса, куда лирический герой, уставший от цивилизации, отсутствия в ней природного начала, возвращается, чтобы обрести новые силы. В творчестве Ф. Васильева она обретает смысл столицы, в поэтическом мире С. Матвеева становится центром мироздания. Символом цивилизации является город.

В творчестве коми-пермяцких поэтов С. Караваева и И. Минина он имеет положительное, созидательное начало, для создания его образа используется мифологема & laquo-светлого пути& raquo-. Их город приобретает черты утопического мира. В отличие от коми-зырянской и коми-пермяцкой лирики изучаемого периода, для большинства удмуртских поэтов изначально характерна концепция двоемирия, связанная с противопоставлением города и деревни. В 1980—1990-е годы это противопоставление усиливается и приобретает трагический смысл в национальном мировидении художников слова (М. Федотов, С. Матвеев). В этот период развития лирики изображение городского мира имеет общее с коми-зырянским автором А. Лужиковым и коми-пермяцким автором Ф. Истоминым. Город приобретает черты тюрьмы, зомби, хищника, всепоглощающей, уничтожающей силы. Лирический герой поэтов постоянно пытается вырваться из него в мир родной деревни, где они возвращаются к природному началу и естественности. Но со временем родная деревня М. Федотова и А. Лужикова становится чужим, теряет функцию энергетического центра и счастливого локуса.

Разрушение национального мира в удмуртской (М. Федотов) и коми-зырянской (А. Лужиков) лирике больше всего связано с трансцендентными силами, довлеющими над человеком и исходящими от городского мира как воплощения хаоса, дисгармонии. У М. Федотова отпечаток еще накладывает и поиск национальной идентичности, этнокультурная раздвоенность. В комипермяцком поэтическом контексте (Ф. Истомин, Л. Никитин) национальная катастрофа связана с экологией, с взаимоотношениями человека и природы. Ощущение этнического разложения связано еще и с процессами потери коми-пермяцкого языка.

5. Дом в лирике пермских народов второй половина XX века является воплощением уюта, тепла, гармонии, энергии. Поэзия раскрывает стремление героя к дому как высокую нравственность современника, что является неотъемлемой частью национального мировидения в целом.

В творчестве бесермянина М. Федотова и коми-пермяка Ф. Истомина этот образ приобретает смысл всего мироздания, Вселенной, Мирового Дома, вмещающей в себя жилище, деревню, родной край, весь мир.

В изображении образа дома присутствует мотив ухода и возвращения после скитаний в большом мире. В поэтическом мире чувствуется ощущение конечности дома. Творчество М. Федотова и Г. Бутыревой объединяет образ умирающего дома, трагедия которого заключается в уходе его обитателей, хозяев. Но, в отличие от коми-зырянского автора, бесермянский -поэт за трагедией дома видит трагедию удмуртского и российского села в целом. Данная лирическая ситуация прослеживается, как было отмечено выше, и в творчестве мордовского поэта И. Кудашкина.

Дом удмуртского автора является местом для бегства от цивилизации, городского мира. Лирический герой М. Федотова стремится к осязаемому, реальному дому. В отличие от него, для Г. Бутыревой способом обретения потерянной обители является построение ее в собственном сердце как воплощения духовного богатства, гармонии в душе. Дом М. Федотова и дом Г. Бутыревой объединяет и то, что они являются открытыми пространства, они открыты миру. Но у М. Федотова впоследствии он превращается в закрытое пространство, где лирический герой укрывается от хаоса. Поэтому в лирике бесермянского поэта больше других прочитывается мысль о спасительности дома. Он больше других вписан национальную обрядность, этнически узнаваем.

6. Дорога в творчестве удмуртских, коми-зырянских и коми-пермяцких поэтов является медиатором, соединяющим родную деревню и большой мир. Она является составляющей соотношения & laquo-дом — дорога — дом& raquo-. Дорога домой в поэтическом мире удмуртских авторов легкая, веселая, возвращению не препятствуют какие-либо преграды. В коми-зырянской (А. Ельцова) и коми-пермяцкой (Л. Никитин) лирике она наполнена страданиями, трудностями и горькими переживаниями. Мифологема возвращения домой играет ведущую и структурообразующую роль и в поэтическом мире чувашского поэта Н. Теветкеля и марийского поэта А. Мокеева.

В изучаемый период развития лирики пермских народов самым странствующим является лирический герой В. Романова. Дорога открывает ему дальние города и страны. Постоянные передвижения в пространстве характерны и для лирического героя М. Федотова, но, во-первых, они по длине намного короче дорог в поэтическом мире В. Романова, во-вторых, они больше связаны бегством героя из городского мира и поиском душевной гармонии, космоса, покоя. Дорога бесермянского поэта испытывает* трансформацию & laquo-дорога в родную деревню — дорога в иной мир& raquo-. Она является самой трагичной в изученных нами поэтических систем.

В творчестве удмуртского автора Ф. Васильева и коми-зырянского автора А. Ванеева дорога как жизнь связана с народом и наполнена заботами и делами ради него. Поиск собственного, индивидуального и неповторимого пути Ф. Васильева связывает его с лирикой коми-пермяцкого художника слова Л. Никитиным.

7. Наблюдается языческое отношение поэтов к лесу, выражающееся в их одухотворении и изображении лирического героя и леса как субъектов двух культур, преклонении перед ним. Но в поэтическом мире удмуртских авторов он является не только предметом миросозерцания, через него актуализируются онтологические вопросы жизни, проблемы экологии в условиях научно-технической революции (Ф. Васильев, В. Романов). Экологическая проблема, культура также поднимается в творчестве чувашских (Г. Юмарт, П. Яковлев), марийских (В. Колумб, Ю. Чавайн и др.), мордовских (С. Кинякин) авторов. о

В отличие от удмуртской лирики, в коми-пермяцкой поэтической системе изучаемого периода наблюдается своеобразная эволюция во взаимоотношениях человека и леса: от осмысления леса как источника удовлетворения материальных потребностей цивилизации (И. Минин) до реанимации древних гармоничных взаимоотношений человека с природой через обряд реинкарнации (Ф. Истомин). Необходимость восстановления утерянных взаимоотношений является характерной чертой лирики и коми-зырянского поэта Е. Козлова.

Итак, гипотеза исследования подтвердилась, логика развития национального мировидения в лирике пермских народов второй половины XX века происходит в едином ключе, что позволяет говорить о единой литературной общности, не исключающей творческую индивидуальность каждого из художников слова и частных особенностей отображения миропорядка, сложившиеся в каждой из национальных литератур.

В дальнейшем наши исследовательские поиски могут быть связаны с изучением национального мировидения удмуртов, коми-зырян и коми-пермяков, начиная от фольклорных текстов, с углублением регионального и российского контекста.

Показать Свернуть

Содержание

Глава I. Поэтический текст как отражение национального мировидения.

1.1. Художественная картина мира в слове поэта.

1.2. Метафорическая картина мира.

Глава II. Семантическая парадигма образов в лирике пермских народов второй половины XX века.

2.1. Образ родины.

2.2. Образ дома.

2.3. Образ дороги.

2.4. Образ леса.

Список литературы

1. А. Художественная литература

2. Ар-Серги, В. В. Тулкымъёс вылын пыжед: повесть, веросъёс, кылбуръёс / В. В. Ар-Серги. — Ижевск: Удмуртия, 1993. — 224 с. — Пер. загл.: На волнах — лодочка.

3. Бачева, Г. М. Цветитб рябина / Г. М. Бачева. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1983. — 64 с. — Пер. загл.: Цветет рябина.

4. Бачева, Г. М. Асъя зарни / Г. М. Бачева. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1988. — 144 с. — Пер. загл.: Утренняя заря.

5. Бачева, Г. М. Тблюя рыттэз: стиххез / Г. М. Бачева. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1992. — 112 с. — Пер. загл.: Лунные вечера.

6. Бутырева, Г. В. Сёкатб, эзысьб, донаб.: кывбуръяс / Г. В. Бутырева. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1999. — 108 с. — Пер. загл.: Ненаглядный, дорогой, милый.

7. Бутырева, Г. В. К портрету моей Родины: стихотворения / Г. В. Бутырева. Сыктывкар: Б-ка журн. & laquo-Арт»-, 2002. — 224 с. ->-

8. Ванеев, А. Е. Бара кылалб йи.: кывбуръяс / А. Е. Ванеев. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1964. 72 с. — Пер. загл.: Снова тронулся лед.

9. Ванеев, А. Е. Лун шор: кывбуръяс / А. Е. Ванеев. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1968. — 120 с. — Пер. загл.: Полдень.

10. Ванеев, А. Е. Вежбдбны кыдзьяс: кывбуръяс, поэма / А. Е. Ванеев. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1972. — 96 с. — Пер. загл.: Зеленеют березы.

11. Ванеев, А. Е. Кывбуръяс, поэма / А. Е. Ванеев. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1975. — 208 с. Стихотворения, поэма.

12. Ванеев, А. Е. Талун асылыс сбдз.: кывбуръяс, поэма / А. Е. Ванеев. Сыктывкар: Коми кн. изд во, 1979. — 160 с. — Пер. загл.: Сегодня утро ясное.

13. Ванеев, А. Е. Ловъя би: кывбуръяс да поэмаяс / А. Е. Ванеев. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1983. 256 с. — Пер. загл.: Живой огонь.

14. Ванеев, А. Е. Гыяс: кывбуръяс, поэмаяс / А. Е. Ванеев. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1999. 368 с. — Пер. загл.: Волны.

15. Васильев, Ф. И. Кылбуръёс / Ф. И. Васильев — люказ

16. A. А. Ермолаев. Ижевск: Удмуртия, 1995. — 848 с. — Пер. загл.: Стихотворения.

17. Ванюшев, В. М. Аръёсын ваче син: кылбуръёс, балладаос, поэмаос / В. М. Ванюшев. Ижевск: Удмуртия, 1995. — 176 с. — Пер. загл.: Лицом к лицу с годами.

18. Владыкин, В. Е. Калыкын верало = В народе говорят /

19. B. Е. Владыкин. Ижевск: Удмуртия, 1998. -200с.

20. Возняков, В. Б. Вирсэртэм город / В. Б. Возняков // Кенеш. -1991. № 6. — С. 19. — Пер. загл.: Безжалостный город.

21. Герд, Кузебай. Зарни кылчуръёсы: кылбуръёс, поэмаос / КузебайГерд. Ижевск: Удмуртия, 1997. — 360 с. — Пер. загл.: Золотые мои строки.

22. Ельцова, Е. В. Кассяна во: кывбуръяс / Е. В. Ельцова. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1997. 80 с. — Пер. загл.: Високосный год.

23. Истомин, Ф. С. Шонд1 воть: стиххез / Ф. С. Истомин. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1979. 80 с. — Пер. загл.: Капля солнца.

24. Истомин, Ф. С. Лымчиррез: стиххез / Ф. С. Истомин. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1984. — 96 с. — Пер. загл.: Снежинки.

25. Истомин, Ф. С. Шутём: стиххез, пьеса / Ф. С. Истомин. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1986. 200 с. — Пер. загл.: Забытое поле.

26. Истомин Ф. С. Утренние снегири: стихи / Ф. С. Истомин. -Пермь: Кн. изд-во, 1991. 158 с.

27. Истомин, Ф. С. Шуд да шог: стиххез, поэмаэз, афоризммез / Ф. С. Истомин. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1994. — 392 с. — Пер. загл.: Счастье и боль.

28. Караваев, С. И. Миян асыв: стиххез / С. И. Караваев. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1948. — 93 с. — Пер. загл.: Наше утро.

29. Караваев, С. И. Стиххез да песняэз / С. И. Караваев. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1963. — 72 с. — Пер. загл.: Стихи и песни.

30. Караваев, С. И. Менам рассэз: стиххез, поэма / С. И. Караваев. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1968. 160 с. — Пер. загл.: Мои рощи.

31. Караваев, С. И. Эн кымрась тэ, небо: стиххез / С. И. Караваев. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1979. 109 с. — Пер. загл.: Не хмурься ты, небо.

32. Козлов, Е. В. Водзкыв пыдди: кывбуръяс / Е. В. Козлов. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1989. 31 с. — Пер. загл.: Вместо предисловия.

33. Козлов, Е. В. Усьтбм войяс.: кывбуръяс / Е. В. Козлов. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1994. 128 с. — Пер. загл.: Бессонные ночи.

34. Кузнецова, А. А. Улонысь но. уйвбтысь но.: кылбуръёс / А. А. Кузнецова. Ижевск: Удмуртия, 2000. -288 с. — Пер. загл.: Из яви. из снов.

35. Кутянова, JI. Д. Ваче син: кылбуръёс / JI. Д. Кутянова Устинов: Удмуртия, 1986. — 56 с. — Пер. загл.: С глазу на глаз.

36. Лужиков, А. М. Ме радейта тэнб: кывбуръяс / А. М. Лужиков. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1989. 42 с. — Пер. загл.: Я люблю тебя.

37. Лужиков, А. М. Енэжшбрса ордым: кывбуръяс / А. М. Лужиков. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1994. 128 с. — Пер. загл.: Небесный путь.

38. Матвеев, С. В. Мылкыд: кылбуръёс / С. В. Матвеев. Ижевск: Удмуртия, 1991. — 120 с. — Пер. загл.: Настроение.

39. Матвеев, С. В. Лул: кылбуръёс / С. В. Матвеев. Ижевск: Удмуртия, 1994. — 128 с. — Пер. загл.: Душа.

40. Матвеев, С. В. Чурыт пус: кылбуръёс / С. В. Матвеев. Ижевск: Удмуртия, 1999. — 160 с. — Пер. загл.: Твердый знак.

41. Минин, И. А. Югъялб шонд.: стиххез / И. А. Минин. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1951. — 78 с. — Пер. загл.: Сияет солнце.

42. Минин, И. А. Тэнат асыв: стиххез / И. А. Минин. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1957. — 80 с. — Пер. загл.: Твое утро.

43. Минин, И. А. Коми край тэ менам: стиххез / И. А. Минин. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1991. 146 с. — Пер. загл.: Коми край ты мой.

44. Никитин, Л. Е. Сьблбмшог: стиххез / Л. Е. Никитин. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1986. — 64 с. — Пер. загл.: Печаль сердца.

45. Никитин, Л. Е. Шынь сером: стиххез / Л. Е. Никитин. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1992. 176 с. — Пер. загл.: Улыбка.

46. Ожерелье Пармы: стихи на коми-пермяц., коми-зырян, и рус. яз. -Кудымкар: Коми-Пермяц. ich. изд-во, 1999. 272 с.

47. Покчи-Петров, М. П. Улонэ вамыштй: кылбуръёс = Дорогою в жизнь: стихи / М. П. Покчи-Петров — сост. А. А. Петров. Ижевск: Удмуртия, 2000. — 152 с.

48. Романов, В. В. Мынам тулысэ: кылбуръёс / В. В. Романов. -Ижевск: Удмуртия, 1967. 40 с. — Пер. загл.: Моя весна.

49. Романов, В. В. Покчи гужем: кылбуръёс / В. В. Романов. Ижевск: Удмуртия, 1975. — 84 с. — Пер. загл.: Бабье лето.

50. Романов, В. В. Иырберыктон турын: кылбуръёс, но поэма / В. В. Романов. Ижевск: Удмуртия, 1988. — 112 с. — Пер. загл.: Травка приворотная.

51. Романов, В. В. Кылбуръёс / В. В. Романов // Инвожо. 1993. -№ 9. — С. 15−19. — Пер. загл.: Стихотворения.

52. Романов, В. В. Нош ик сюрес / В. В. Романов // Инвожо. — 1993. -№ 9. — С. 8−9. — Пер. загл.: И снова — дорога.

53. Романов, В. В. & laquo-Тонэ вите шуныт укно. »- / В. В. Романов // Кенеш. 1993. — № 8. — С. 61−62. — Пер. загл.: Тебя ждет теплое окно.

54. Тихонова, J1. И. Лул-сюлэм: кылбуръёс, кырзанъёс / Л. И. Тихонова. Ижевск: Удмуртия, 2002. — 160 с. — Пер. загл.: Наедине с душой.

55. Федотов, М. И. Тбдьы юсьёс берто: кылбуръёс / М. И. Федотов. -Устинов: Удмуртия, 1986. 60 с. — Пер. загл.: Белые лебеди возвращаются.

56. Федотов, М. И. Берекет: выль книга / М. И. Федотов. Ижевск: Удмуртия, 1988. — 108 с. — Пер. загл.: Желаю добра.

57. Федотов, М. И. В ось: выль кылбуръёс / М. И. Федотов. Ижевск: Удмуртия, 1991. — 144 с. — Боль.

58. Федотов, М. И. Вирсэр: кылбуръёс = Пульс: стихи / М. И. Федотов — сост. А. В. Федотова. Ижевск: Удмуртия, 1998. -216 с.

59. Юшков, Г. А. Медводдза сёрни: стихъяс / Г. А. Юшков. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1959. 52 с. — Пер. загл.: Первый разговор.

60. Юшков, Г. А. Олбм шыяс: кывбуръяс / Г. А. Юшков. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1962. 48 с. — Пер. загл.: Звуки жизни.

61. Юшков, Г. А. Сьблбм петас: стихъяс / Г. А. Юшков. -Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1967. 64 с. — Пер. загл.: Всходы сердца.

62. Юшков, Г. А. Кывбуръяс / Г. А. Юшков. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1973. — 224 с. — Пер. загл.: Стихотворения.

63. Б. Литературоведческая и критическая литература

64. Беляев, Г. В. От вечно живого корня / Г. В. Беляев. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1978. — 192 с.

65. Бирдсли, М. Метафорическое сплетение / М. Бирдсли // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. Д. Журинской. М., 1990. -С. 219−235.

66. Богомолова, 3. А. Ф. И. Васильев / 3. А. Богомолова // Песня о родном крае / 3. А. Богомолова. Ижевск, 1974. — С. 23−46.

67. Богомолова, 3. А. Флор Васильев / 3. А. Богомолова // Молот. -1978,-№ 6. -С. 48.

68. Богомолова, 3. А. Владимир Васильевич Романов / 3. А. Богомолова // Песня над Чепцой и Камой / 3. А. Богомолова. М., 1981. -С. 256−261.

69. Богомолова, 3. А. & laquo-Милям гуртын, но вал. ошмес. »-: В. Романовлэн творческой портретэз / 3. А. Богомолова // Вордскем кыл. -1994. -№ 3. С. 16−20.

70. Вавилин, М. Д. О стихах Ивана Минина / М. Д. Вавилин // По / Ленинскому пути. 1952. — 20 авг.

71. Вавилин, М. Д. Читатель ждет хорошие произведения / М. Д. Вавилин // По Ленинскому пути. 1955. — № 187.

72. Вавилин, М. Д. Капля солнца / М. Д. Вавилин // По Ленинскому пути. 1979. — 31 авг.

73. Ванеев, А. Е. Время и коми поэзия / А. Е. Вавилин. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1974. — 136 с.

74. Ванюшев, В. М. Цвет и цветовая символика в поэтике Флора Васильева / В. М. Ванюшев // Вершины корнями сильны: ст. об удмурт, лит. / В. М. Ванюшев. Устинов, 1978. — С. 206−236.

75. Вашошев, В. М. Кытысь шедьтйськод тон кылбур чуръёстэ? / В. М. Ванюшев // Молот. 1979. — № 8. — С. 43−46.

76. Ванюшев, В. М. Расцвет и сближение: о типологии соотношения национального и интернационального в удмуртской и других младописьменных литературах / В. М. Ванюшев. Ижевск: Удмуртия, 1980. -252 с.

77. Ванюшев, В. М. Своеобразие таланта многообразие поисков: (к 50-летию со дня рождения Флора Васильева) // Вопросы истории и поэтики удмуртской литературы и фольклора. — Ижевск, 1984. — С. 62−88.

78. Ванюшев, В. М. Кыл, но кылбурет: препринт / В. М. Ванюшев, Е. В. Макарова. Ижевск: Изд. дом & laquo-Удмурт, ун-т", 2003. — 40 с.

79. Васильев, С. Ф. Воринъяло лысву инзыос / С. Ф. Васильев // Молот. 1989. -№ 2. — С. 54−56.

80. Васильев, С. Ф. Эхо в лесу: повесть об отце / С. Ф. Васильев. -Ижевск: Удмуртия, 1992. 336 с.

81. Васильев, С. Ф. Под тенью зэрпала: (дискурсивность, самосознание и логика истории удмуртов). Т. 1 / С. Ф. Васильев, В. Л. Шибанов — науч. ред. Н. Г. Медведева. Ижевск: Изд-во Удмурт, ун-та, 1997. — 304 с.

82. Восхождение: ст., воспоминания о Флоре Васильеве / сост. 3. А. Богомолова. Ижевск: Удмуртия, 1984. — 348 с.

83. Гачев, Г. Д. Национальные образы мира: курс лекций / Г. Д. Гачев. М.: Изд. центр & laquo-Академия»-, 1998. — 432 с.

84. Гинзбург, Л. Я. О лирике / Л. Я. Гинзбург. М.: Интрада, — 1997. 408 с.

85. Гусейнов, Ч. Г. Формы общности многонациональной литературы / Ч. Г. Гусейнов. М.: Мысль, 1978. — 181 с.

86. Даты, события, люди.: справоч. изд. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 2001. — 312 с.

87. Дементьев, В. В. & laquo-А растет ли у вас земляника?& raquo- / В. В. Дементьев // Пламя поэзии: совет, лит. 70-х годов: новые имена. М., 1978. -С. 168−186.

88. Демин, В. Н. Сквозь кроны сосен / В. Н. Демин // Север. 1980. 12.

89. Демин, В. Н. На небе звезда.: введение в историю коми поэзии / В. Н. Демин. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1995. — 288 с.

90. Демин, В. Н. История и типология жанров коми поэзии / В. Н. Демин. Екатеринбург: УрО РАН, 1997. — 315 с.

91. Дерендяева, JI. В. Природа и человек в поэзии Ф. И. Тютчева и Ф. И. Васильева / JI. В. Дерендяева // ХХУШ итоговая студен, науч. конф.: тез. докл. / отв. ред. А. А. Грызлов. Ижевск, 2000. — С. 151−152.

92. Долгат, У. Б. Этнопоэтика в русской прозе 20−90-х гг. XX века: (экскурсы) / У. Б. Долгат. М.: ИМЛИ РАН, 2004. — 212 с.

93. Домокош, П. История удмуртской литературы / П. Домокош. -Ижевск: Удмуртия, 1993. 448 с.

94. Домокош, П. Формирование литератур малых уральских народов / П. Домокош. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1993. — 288 с.

95. Дооктябрьские истоки межлитераутрной общности Урало-Поволжья: сб. ст. / сост. и отв. ред. В. М. Ванюшев. Ижевск, 1991. — 264 с.

96. Дэвидсон, Д. Что означают метафоры / Д. Дональд // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. Д. Журинской. М., 1990. -С. 173−193.

97. Ермаков, Ф. К. Творческие связи удмуртской литературы с русской и другими литературами / Ф. К. Ермаков. Ижевск: Удмуртия, 1981. -196 с.

98. Ермолаев, А. А. & laquo-Ошмес синмын учке шаер. »- / А. А. Ермолаев // Молот. 1984а. — № 2. — С. 22−25.

99. Ермолаев, А. А. Туннэ, но чуказе: удмурт литература сярысь статьяос / А. А. Ермолаев. Ижевск: Удмуртия, 19 846, — 200 с.

100. Ермолаев, А. А. Флор Васильев / А. А. Ермолаев // Удмурт литература: IX-X классъёслы учеб. пособие. Ижевск, 1984 В. — С. 269−274.

101. Ермолаев, А. А. Куспетй луэм кырзан / А. А. Ермолаев // Молот. -1985,-№ 2. -С. 41−42.

102. Ермолаев, А. А. Бердышысен Ижозь, собере кыдёкысь шаеръёсы /

103. A. А. Ермолаев // Флор Васильев: кылбуръёс / люказ А. А. Ермолаев. -Ижевск, 1995. -С. 3−10.

104. Есин, А. Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения: учеб. пособие / А. Б. Есин. М.: Флинта: Наука, 2003. -248 с.

105. Жирмунский, В. М. Поэтика Александра Блока /

106. B. М. Жирмунский // Теория литературы. Поэтика. Стилистика / В. М. Жирмунский. М& bdquo- 1977. — С. 205−237.

107. Зверева, Т. Р. Особенности неомифологизма в молодой удмуртской литературе / Т. Р. Зверева // История и культура финно-угорских народов: материалы Междунар. студен, науч. -практ. конф. Ч. 2. Языкознание. Фольклор. Краеведение. Глазов, 1998. — С. 49−51.

108. Зуева, А. С. & laquo-Мон язычник& raquo- / А. С. Зуева // Усьтйсько выль инвисъёс: статьяос, рецензиос, финн архивысь гожтэтъёс / А. С. Зуева. -Ижевск, 1992. — С. 101−109. •

109. Зуева, А. С. Удмуртская литература в контексте языческих и христианских традиций / А. С. Зуева — Удмурт, гос. ун-т. Ижевск: Изд-во Удмурт, ун-та, 1997. — 372 с.

110. Зуева, А. С. Тема родины в лирике Степана Широбокова / А. С. Зуева // Луч. 2002. — № 7−9. — С. 76−77.

111. Иванов, И. 3. Шонер сюрестй мынйськод, эше! / И. 3. Иванов // Кенеш. 1995. -№ 10. -С. 51−52.

112. Ильина, Н. В. Бесермянский поэт М. Федотов и удмуртская мифология / Н. В. Ильина // История и культура финно-угорских народов: материалы междунар. студен, науч. -практ. конф. Ч. 2. Языкознание. Фольклор. Краеведение. Глазов, 1998. — С. 51−53.

113. Ильина, Н. В. & laquo-Озьы со висёнэ, вбсе мынам зоре. »-: М. Федотовлэн кылбуръёсыз пумысь куд-ог малпанъёс / Н. В. Ильина // Кенеш. 1999. -№ 3. — С. 53−55.

114. Ильина, Н. В. Онтологические категории времени и пространства в поэтической картине мира бесермянского поэта М. Федотова / Н. В. Ильина // Вестн. Удмурт, ун-та. 2007. -№ 5. — Вып. 1. — С. 123−132.

115. Ингур: Удмурт фольклоръя лыдзет: Шор ёзо школаослы / Люказ, радъяз, но валэктонъёссэ гожтйз Т. Г. Владыкина. Ижевск: Удмуртия, 2004. — 352 с. — Пер. загл.: Поднебесье.

116. Истомин, А. С. Жажда чистоты / А. С. Истомин // По Ленинскому пути. 1984. — 4 мая.

117. Истомин, Ф. С. Пармаись литературалбн тбнся и талуння лун / Ф. С. Истомин // Иньва: лит. -художеств, сб. / сост. Ф. С. Истомин. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 1995. -- С. 3−6.

118. Караваева, Н., Шибанов, В. Л. & laquo-Кузь сюрес вылэ басьто мон. »- / Н. Караваева, В. Л. Шибанов // Вордскем кыл. 1996. — № 5. — С. 28−37.

119. Климов, В. В. Счастливый дар / В. В. Климов // По Ленинскому пути. 1976. — 1 янв. §

120. Кожевникова, Н. А. Словоупотребление в русской поэзии начала XX века / H.A. Кожевникова. М.: Наука, 1986. — 251 с.

121. Пб. Кожинов, В. В. Стихи поэзия / В. В. Кожинов. М.: Сов. Россия, 1980. -304 с.

122. Корман, Б. О. Практикум по изучению художественного произведения: учеб. пособие / Б. О. Корман. Ижевск: Изд-во ИУУ УР, 2003. -88 с.

123. Косова, Л. А. Творческих находок череда / Л. А. Косова // Парма. 2004. 27 марта.

124. Косова (Старцева), Л. А. В мире поэзии Пармы: сб. ст. / Л. А. Косова (Старцева). Кудымкар, 2005. — 82 с.

125. Кофман, А. Ф. Латиноамериканский художественный образ мира / А. Ф. Кофман. М.: Наследие, 1997. — 320 с.

126. Левин, Ю. И. Лексико-семантический анализ одного стихотворения О. Мандельштама / Ю. И. Левин // Слово в русской советской поэзии / отв. ред. В. П. Григорьев. -М., 1975. С. 225−233.

127. Левин, Ю. И. Структура русской метафоры / Ю. И. Левин // Избранные труды: Поэтика. Семиотика / Ю. И. Левин. М., 1998. -С. 457−464.

128. Ляшева, Р. П. Фольклор нафталин или сердечная игрушка? / Р. П. ЛяшеваУ/ Лит. газета. 2003. — № 7.

129. Макарова, Е. В. & laquo-Тыныд гинэ усьто мон сюлэмме. »- / Е. В. Макарова // Кенеш. 1997. — № 5. — С. 60−61.

130. Маккормак, Э. Когнитивная теория метафоры / Э. Маккормак // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. Д. Журинской. -М, 1990. -С. 358−386.

131. Маковский, М. М. & laquo-Картина мира& raquo- и миры образов: (лингвокультурологические этюды) / М. М. Маковский // Вопросы языкознания. 1992. — № 6. — С. 36−53.

132. Малахов, В. А. Гавань у поворота времен. Онтология Дома в & laquo-Белой гвардии& raquo- Михаила Булгакова / В. Малахов // Вопросы лит. 2000. -Июль-август. — С. 326−336.

133. Мальцева, Н. А. Земли коми-пермяцкой сын: об актуальности поэзии Ф. С. Истомина / Н. А. Мальцева // Наш край: сб. науч. -попул. и краевед, ст. -Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 2000. С. 199−203.

134. Мальцева, Н. А. Мировидение коми-пермяков в стихотворениях А. Н. Зубова / Н. А. Мальцева // III Савинские чтения: материалы Респ. науч. -практ. конф. Сыктывкар, 2005. — С. 111−114.

135. Мальцева, Н. А. Национальный образ мира коми-пермяков и его отражение в устном народном творчестве / Н. А. Мальцева // Материалы X

136. Междунар. конгр. финно-угроведов. Ч. 7. Литературоведение, фольклористика и этнология. Йошкар-Ола, 2008. — С. 345−351.

137. Манаева-Чеснокова, С. П. Художественный мир современной марийской поэзии: моногр. / С. П. Манаева-Чеснокова. Йошкар-Ола: МарНИИЯЛИ, 2004. — 188 с.

138. Микушев, А. К. На таежных просторах / А. К. Микушев. М. ': Современник, 1986. — 304 с.

139. Миллер, Д. А. Образы и модели, уподобления и метафоры / Д. А. Миллер // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. Д. Журинской. М& bdquo- 1990. — С. 219−235.

140. Монро, Б. Метафорическое сплетение / Б. Монро // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. Д. Журинской. М., 1990. -С. 201−218. ,

141. Нарушевич, А. Г. Олицетворение / А. Г. Нарушевич // Литература.: прил. к газ. & laquo-Первое сентября& raquo-. 2000. — № 3.

142. Николай Рубцов // Русская литература XX в.: учеб. пособие. В 2 т. Т. 2. 1970−1990-е годы. -М., 2002. С. 206−215.

143. Ожегова, M. Н. Творчество Степана Ивановича Караваева / M. Н. Ожегова // Литература и фольклор Урала: республ. сб. науч. тр. -Пермь, 1978. -С. 73−94.

144. Ортега-и-Пассет, X. Две великие метафоры / X. Ортега-и Пассет // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. Д. Журинской. -М& bdquo- 1990. -С. 68−81. *

145. Пантелеева, В. Г. Поэтический мир Флора Васильева: национально-семантические особенности стиля / В. Г. Пантелеева. Ижевск: Изд-во Удмурт, ин-та истории, языка и литературы УрО РАН, 2000. -С. 11−87.

146. Пахорукова, В. В. Иньва йылюъ сьыланкыв: Коми-пермяцкой литература 20−80 годдэзб / В. В. Пахорукова. Кудымкар: Перм. кн. изд-во, Коми-пермяц. отд-ние, 1989. — 192 с.

147. Пахорукова В. В. Современная коми-пермяцкая литература: учеб. пособие / В. В. Пахорукова. Сыктывкар, 1996. — 192 с,

148. Пахорукова, В. В. История коми-пермяцкой литературы. Т. 1. Проза / В. В. Пахорукова. Сыктывкар: Коми Н Ц УрО РАН, 2004. — 220 с.

149. Поспелов, Г. Н. Эстетическое и художественное / Г. Н. Поспелов. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1965. 360 с.

150. Поцепня, Д. М. Образ мира в слове писателя / Д. М. Поцепня. -СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 1997. 264 с.

151. Прозоров, В. В. Другая реальность: очерки о жизни в лит. / В. В. Прозоров. Саратов: Лицей, 2005. — 208 с.

152. Пэн, Д. Б. Странствователи и домоседы / Д. Б. Пэн // Лит. обозрение. 1992. — № 3−4. — С. 8−14.

153. Рикер, П. Живая метафора / Рикер П. // Теория метафоры: сб. / общ. ред. Н. Д. Арутюновой иМ. Д. Журинской. -М., 1990. С. 387−415.

154. Родионов, В. Г. Особенности литературогенеза народов Урало-Поволжья / В. Г. Родионов // Материалы X Междунар. конгр. финно-угроведов: литературоведение, фольклористика и этнология. Йошкар-Ола, 2008. — С. 132−137.

155. Руднев, В. П. Прочь от реальности: исслед. по философии текста / В. П. Руднев. М.: Аграф, 2000. — 432 с.

156. Семяшкин, А. М. Мироощущение лирического субъекта в стихотворении Г. Бутыревой & laquo-И вбл1 ю& raquo- (И была река) / А. М. Семяшкин // Современная коми литература: проблематика, герой, стиль. — Сыктывкар, 2004. -С. 136−143.

157. Скворцова, О. В. Основные литературно-стилевые тенденции в чувашской лирике второй половины XX века: автореф. дис. канд. филол. наук / О. В. Скворцова. Чебоксары, 2009. — 26 с.

158. Скляревская, Г. Н. Метафора в системе языка / Г. Н. Скля-ревская. СПб.: Наука, 1993. — 152 с.

159. Современная мордовская литература (60−80 годы). В 2 ч. Ч. И. -Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1993. 320 с.

160. Страшнов, С. JI. & laquo-Знаки неба в памяти земли& raquo-: судьбы и культуры в современной поэзии / С. JI. Страшнов // Лит. обозрение. 1992. — № 2. -С. 21−27.

161. Султанов, К. К. Национальное самосознание и ценностные ориентации литературы / К. К. Султанов. М.: ИМЛИ РАН, 2001. — 196 с.

162. Томашевский, Б. В. Теория литературы. Поэтика: учеб. Пособие / Б. В. Томашевский. М.: Аспект Пресс, 2001. — 334 с.

163. Топоров, В. Н. Модель мира / В. Н. Топоров // Мифы народов мира. Энциклопедия. В 2 т. М., 1991. Т. 2. — С. 161−164.

164. Федоров, Г. И. Своеобразие художественного мира чувашской прозы: автореф. дис. д-ра филол. наук / Г. И. Федоров. Казань, 1997. -46 с.

165. Федотов, М. И. & laquo-Син азям медло инвис& raquo- / М. И. Федотов // Инвожо. 1990. — № 1. — С. 40.

166. Хубларова, Д. Дом в романе И. А. Гончарова & laquo-Обломов»- / Д. Хубларова // Литература. 2005. — № 8. — С. 30−31.

167. Целкова, Л. Н. Мотив / Л. Н. Целкова // Введение в литературоведение. Литературное произведение: основные понятия и термины: учеб. пособие / под ред. Л. В. Чернец. -М., 2000. С. 202−209.

168. Цивьян, Т. В. Лингвистические основы Балканской модели мира / Т. В. Цивьян. -М.: Наука, 1990. 207 с.

169. Чернец, Л. В. & laquo-Ночевала тучка золотая. »-: (о метафоре) / Л. В. Чернец // Рус. словесность. 2000. — № 6. — С. 73−78.

170. Шибанов, В. Л. & laquo-Кошкиськом, лэся, инкуазь дорысь. »-: В. Соколовлэн, но Ф. Васильевлэн лириказы пумысен куд-ог малпанъёс / В. Л. Шибанов // Молот. 1986. — № 8. — С. 46−49.

171. Шибанов, В. Л. Туала егит поэзия / В. Л. Шибанов // Кенеш. -1991. -№ 6. -С. 52−54.

172. Шибанов, В. Л. & laquo-Шедьтй, лэся, аслым берпум сэрег& raquo- /

173. B. Л. Шибанов // Кенеш. 1992. — № 4. — С. 56−58.

174. Шибанов, В. Л. Адскисьтэм сюрес кузя / В. Л. Шибанов // Вордскем кыл. 1993а. — № 4. — С. 43−48.

175. Шибанов, В. Л. & laquo-Кык ярдуръёс куспын. »-: В. Романовлэн улонэз, но кылбуръёсыз пумысен / В. Л. Шибанов // Кенеш. 19 936. — № 8.1. C. 55−60.

176. Шибанов, В. Л. & laquo-Аслэсьтыд ачид уд пегзы кыдёке. «: Ф. Васильевлэн лирикаезлэн куд-ог пбртэмлыкъёсыз / В. Л. Шибанов // Кенеш. 1994а. — № 2. — С. 50−55.

177. Шибанов, В. Л. Кылбурлэн паймымон дуннеез: литературной текстэз эскеронъя юрттэт. Ижевск: Удмуртия, 19 946. — 88 с.

178. Шибанов, В. Л. Кылбурез нимысьтыз эскерон / В. Л. Шибанов // Вордскем кыл. 1996. — № 3. — С. 45−50.

179. Шибанов, В. Л. Уходящее уходит в будущее / В. Л. Шибанов // Вирсэр: кылбуръёс = Пульс: стихи / сост. А. В. Федотовой. Ижевск, 1998. -С. 191−198.

180. Шибанов, В. Л. Йырчукинлык яке постмодернизм, этнофутуризм, но туала удмурт литература / В. Л. Шибанов, Н. В. Кондратьева // Кенеш. 1999. -№ 1. -С. 54−59.

181. Шибанов, В. JT. Туала удмурт литература сярысь малпанъёс /

182. B. J1. Шибанов // Удмуртская литература XX века: направления и тенденции развития = Удмурт литература XX дауре: будон сюресэз, но азинскон оръёсыз. Ижевск, 1999. — С. 244−248.

183. Шкляев, А. Г. Время быть молодым / А. Г. Шкляев // Счёт предъявляет время: сб. лит. -крит. ст. / А. Г. Шкляев. Ижевск, 1977.1. C. 99−102.

184. Шкляев, А. Г. Араны егит муртъёс лыктозы: критика: статьяос, очеркъёс, рецензиос / А. Г. Шкляев. Устинов: Удмуртия, 1986. — 240 с.

185. Шкляев, А. Г. Времена литературы времена жизни: ст. об удмурт, лит. / А. Г. Шкляев. — Ижевск: Удмуртия, 1992. — 208 с.

186. Щукин, В. Г. Дом и кров в славянофильской концепции. Культурологические заметки / В. Г. Щукин // Вопр. Философии. 1996. -№ 1. — С. 135−146.

187. Эзенкин, В. С. Национальное и интернациональное в литературе и проблемы литературно-художественной критики / В. С. Эзенкин//•Национальное и интернациональное в чувашской советской литературе и искусстве: сб. ст. Чебоксары, 1975. — С. 18−34.

188. Элиаде, М. Космос и история: избр. работы / М. Элиаде. М.: Прогресс, 1987. -311 с.

189. Эпштейн, M. Н. Природа, мир, тайник вселенной. Система пейзажных образов в русской поэзии. -М.: Высш. школа, 1990. 304 с.

190. Юхма, Мишши. Ас тылаз жуам кизили. / Мишши Юхма // Инвожо. 1995. -№ 10. -С. 41−42.

191. Яшина, Р. И. Флор Васильевлэн кылбуръёсаз инкуазь суредъёс / Р. И. Яшина // Удмурт стилистикая очеркъёс / Р. И. Яшина. Ижевск, 1990. -С. 112−118.

192. Яшина, Р. И. Толэз вормем сюлэмъёсты кырзась / Р. И. Яшина // Вордскем кыл. 2000. — № 1. — С. 3918.

193. В. Труды по этнографии и этнической психологии

194. Владыкин, В. Е. Религиозно-мифологическая картина мира удмуртов / В. Е. Владыкин. Ижевск: Удмуртия, 1994. — 384 с.

195. Владыкин, В. Е. Современные мифологические реминисценции в литературе и искусстве / В. Е. Владыкин, Н. А. Розенберг // Удмуртская мифология. Ижевск, 2003. — С. 146−158.

196. Владыкин, В. Е. Удмуртский этнос и мифология /

197. B. Е. Владыкин // Удмуртская мифология. Ижевск, 2003. — С. 5−19.

198. Матвеев, Г. М. Мифоязыческая картина мира этноса (на примере чувашской мифологии и язычества): дис. д-ра филос. наук / Г. М. Матвеев. Чебоксары, 2007. — 338 с.

199. Никитина, Г. А. Народная педагогика / Г. А. Никитина // Удмурты: ист. -этногр. очерки. Ижевск, 1993. — С. 264−269.

200. Петров, А. Н. Удмуртский этнос: проблемы ментальности / А. Н. Петров. Ижевск: Удмуртия, 2002. — 144 с.

201. Попова, Е. В. Семейные обычаи и обряды бесермян: (конец XIX -90-е годы XX вв.) / Е. В. Попова. — Удмурт, ин-т истории, яз. и лит. УрО РАН. Ижевск, 1998. — 241 с.

202. Садиков, Р. Р. Поселения и жилища закамских удмуртов: (материальный и духовный аспекты) / Р. Р. Садиков. Уфа: Гилем, 2001. — 181 с.

203. Христолюбова, J1. С. Традиции трудового воспитания детей в удмуртской семье в XIX начале XX вв. / JI. С. Христолюбова // Семейный и общественный быт удмуртов в XVIII—XX вв.: сб. ст. — Устинов, 1985.1. C. 80−90.

204. Хренов, H.A. Художественная картина мира как культурологическая проблема / Н. А. Хренов // Пространства жизни. М., 1999. С. 389−415.

205. Христолюбова, JI. С. Мифологемы повседневности JI. С. Христолюбова / JI. С. Христолюбова // Удмуртская мифология. Ижевск, 2004. -С. 111−119.

206. Шкляев, Г. К. Мифологическая составляющая материальной культуры удмуртов: (полемические заметки) / Г. К. Шкляев // Удмуртская мифология. Ижевск, 2004. — С. 135−145.

207. Шкляев, Г. К. Очерки этнической психологии удмуртов: Монография / Г. К. Шкляев. — Удмурт, ин-т истории, яз. и лит. УрО РАН. -Ижевск, 2003. -300 с.

208. Г. Словари, справочники, энциклопедии

209. Безносикова, Л. М. Коми-роч кывчукор: 31 000 кымын кыв / Л. М. Безносикова, Е. А. Айбабина, Р. И. Коснырева. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 2000. — 816 с.

210. Литературный энциклопедический словарь / под ред. В. М. Кожевникова, П. А. Николаева. М.: Сов. энцикл., 1987. -752с.

211. Мартынов В. И. Коми литературоведческий словарь-справочник / В. И. Мартынов. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1993. — 208 с.

Заполнить форму текущей работой